Неразыгранный интим
На российские экраны выходит фильм Гаспара Ноэ «Необратимость». Это он произвел скандал на последнем Каннском фестивале, а вскоре был подогрет другим скандалом – вестью о разводе Моники Беллуччи с Венсаном Касселем. АНДРЕЙ ПЛАХОВ специально поехал в Париж, чтобы узнать, как развивается первый скандал, и попутно разоблачил второй.
В этом фильме есть все, что вы хотели знать об анонимном сексе, пороках и тайнах Парижа, сутенерах и проститутках, гей-барах и трансвеститах, но не решались спросить. Гаспар Ноэ, которого во Франции называют арх-контроверсиалистом, не ждет вопроса – он на него отвечает. Этого ловкого аргентинца, сына известного художника итало-ирландского происхождения, сбежавшего от диктатуры, уже сравнивали с великим провокатором Бунюэлем и знатоком городского «дна» Пазолини.
Это Ноэ уговорил Монику Беллуччи, самую красивую актрису обоих полушарий, в течение девяти минут визжать и царапаться в заблеванном подземном переходе, где ее насилует гнусный изврашенец-содомит (в воображении некоторых особенно впечатлительных вуайеров сцена выросла до пятнадцати, а потом и до двадцати минут). Но он же, Гаспар Ноэ, заставил Монику в таком вызывающем наряде пройтись по ночной парижской улице, что зритель невольно отождествляется с насильником: не наброситься на эту дерзкую плоть просто невозможно.
В картине есть претензии на философичность: как будто бы речь идет о преступлении и наказании, искуплении и расплате, о необратимости наших поступков, но обо всех этих скучных вещах почему-то совсем не хочется думать. Минимум интеллектуальных усилий потребуется от зрителя, чтобы восстановить хронологию событий, по последней киношной моде повернутую вспять.
Но «Необратимость» (Irreversible) от этого не прибавит ни в артистизме, ни в глубине, так что покойные Бунюэль с Пазолини могут спать спокойно: их славе никто пока не грозит.
Зато Ноэ совершенно неожиданно удалось выиграть дуэль с таким священным монстром, как Стенли Кубрик. Старик перед смертью выдохся и по сути дела загубил прекрасную идею: снять суперзвезд – Тома Круза и Николь Кидман -- в роли претерпевающих кризис супругов в фильме «Широко закрытые гдаза» (Eyes Wide Shut). Похоже, что кризис звездная пара пережила задолго до съемок: по крайней мере, в их отношениях на экране нет почти ничего живого – разве что минутная сцена, когда Круз в ванной сосредоточенно завязывает галстук, а Кидман тем временем без ложного стеснения приседает на унитаз. Между тем другая семейная чета – Венсан Кассель и Моника Беллуччи – демонстрирует перед камерой Гаспара Ноэ подлинную интимность, и эти сцены в супружеской спальной, не только эротические, оказываются лучшими в фильме.
Не успела картина выйти и наскандалить, как таблоиды один за другим раструбили новость о разводе знаменитой французской пары. Якобы Моника, делающая голливудскую карьеру, нашла себе мультимиллионера и предпочла его собрату по профессии. Если бы это было так – вероятно, Гаспар Ноэ был бы прав: есть какая-то необратимость в жизни тех, кто выносит свой интим на публику. Но поскольку новость при ближайшем рассмотрении оказалась уткой, остается надежда на то, что есть вещи поважнее богатства и карьеры, а Моника Беллуччи после виртуального изнасилования хотя бы частично сохранила девственность.
Венсан Кассель: У меня есть миссия
Перед московской премьерой «Необратимости» АНДРЕЙ ПЛАХОВ встретился с ВЕНСАНОМ КАССЕЛЕМ.
Кассель в жизни волосат, со щетиной, похож на своих брутальных героев, только поинтеллигентнее и поприятнее. Он встречает меня неплохо выученной русской фразой: «Отвали, брателло, а то мочить буду».
Каково было играть русского бандюгана в фильме «Девушка по заказу», где девушку, выписанную по интернету из России, изображала Николь Кидман?
Забавно было несколько дней подряд проговорить на чужом языке, на котором ни черта не понимаешь. Сначала я вообще удивился, почему на роли, как это у вас говорят, отморозков, пригласили меня с Матье Кассовицем, а не русских артистов. Но ведь и Кидман тоже не москвичка. На самом деле мы с Матье просто хотели немного размяться и подготовиться к следующему совместному фильму.
Вы с Кассовицем связаны начиная с «Ненависти», которая принесла вам обоим первый большой успех…
И даже раньше. Мы и сейчас связаны – только что закончили футуристический фильм «Дети Вавилона», где я играю ожесточенного солдата, который начинает заботиться о незнакомой женщине, сам не зная почему.
Вы и Кассовиц воплощаете новое лицо французских актеров. Чем оно отличается от лиц времен «новой волны», когда популярен был ваш отец Жан-Пьер Кассель?
Тогда была «новая волна», теперь – «свежая кровь». Чувствуете разницу? Мир стал более жестоким. Сегодня трудно быть наивным, как шестидесятники, и при этом выживать. На всех обрушивается огромный поток информации -- и в качестве самозащиты развивается цинизм.
Но тот же Кассовиц сыграл главную роль в романтической «Амели»…
«Амели» -- этот как цветок посреди навозной кучи. И люди тянутся к ней.
Ваши герои в фильмах «Доберман», «Багровые реки» -- очень крутые ребята. Вы сами тоже одержимы насилием?
Обратите внимание, во многих этих фильмах – в том же «Добермане» -- насилие не совсем настоящее. Оно напоминает комиксы, где всегда творится черт знает что, но никто не пугается. Сегодня этот язык пришел в кино, и молодежь привычна к нему.
Чем вас привлек проект «Необратимости»?
Это как бы другой формат. Гаспар Ноэ делал это кино не для денег, а для провокации эмоций. После этого необычного во всем фильма в интернетовских чатах разразились настоящие бои, в них пришли тысячи зрителей, чтобы поспорить об увиденном. А сами мы действовали подобно террористам-угонщикам самолетов: схватили деньги, сняли кино и убежали.
Что за человек Гаспар Ноэ?
Это очень странный зверь. В душе он чист, на поверхности – знаток ночной жизни, наркодилеров, проституток. Он любит этот теневой мир.
А вы сами?
Я тоже не против пошляться ночью. Но не так, как Гаспар: тут ему нет равных.
Вы играете в «Необратимости» с Моникой Беллуччи: супружеская пара в жизни изображает то же самое в кино. Подобный эксперимент проделал Стенли Кубрик с Томом Крузом и Николь Кидман…
Ноэ в самом начале спросил меня: хочешь сделать с Моникой настоящий эротический фильм, который Круз с Кидман профукали? Мы сначала отказались, но потом подумали…почему бы не попробовать?
А в будущем вы намерены сниматься вместе? Наверно, трудно быть знаменитыми артистами и супругами одновременно?
Бывает нелегко, но я бы не хотел развивать эту тему. Скажу только, что наш следующий совместный фильм уже готов.
Что вы думаете о шансах европейского кино – французского, итальянского?
Французы немного снобы, и это нас спасает. Итальянское же кино умерло – благодаря Берлускони и пагубному воздействию политики. Но и во Франции дела обстоят неважно. Телевизионный Canal+ долгие годы был главным провайдером французского кино. А теперь им владеют какие-то старики-акционеры, живущие в Майями.
С вашим отличным английским не мечтаете ли вы о голливудской карьере – той самой, что так трудно дается европейцам?
Я не Антонио Бандерас. Поехать в Голливуд и сняться в глупом блокбастере – не достижение. У меня есть миссия – делать европейское кино, а оно спасет и французский кинематограф.
Мой фильм не черный, а красный
АНДРЕЙ ПЛАХОВ поговорил также с режиссером «Необратимости» ГАСПАРОМ НОЭ.
Как вам удалось уговорить сниматься Монику Беллуччи с Венсаном Касселем в фильме, с самого начала имевшем репутацию порнографического?
Моника должна была играть в «Матрице-2», и в это время я предложил ей и Венсану сняться в фильме об изнасиловании и мести, с очень откровенными сценами. Представьте, они согласились. Сценарий был набросан на шести страничках, так что Моника с Венсаном, импровизируя, фактически сочинили этот фильм.
Вдохновлял ли вас пример Кубрика?
Конечно, мы часто шутили по поводу картины Кубрика, но, замечу, там мы ни разу не видим героев в постели. Я бы не стал снимать любовный фильм о людях, между которыми нет любви. Все строилось на доверии – актеры доверились мне, я ставил свет, остальное зависело от них. Любовь соединилась с профессионализмом.
Круз и Кидман расстались после эксперимента с Кубриком. Пишут, что то же самое произошло с Касселем и Беллуччи. Что это – кинематограф обладает свойством «сглаза»?
Да не верьте вы этим таблоидам. Когда Моника с Внсаном прочли о своем «разводе», они расхохотались, а потом, между прочим, подали на издание в суд и наверняка его выиграют. Не фильмы разделяют людей. Таким звездам, как они, легче расстаться, чем вместе остаться. Они снимаются в разных концах мира, их окружают сплетни, ревность, враждебное окружение. И – соблазны. Нам с Касселем стоит появиться на дискотеке, как к нему подбегают девчонки и суют бумажки с телефонами.
И как он реагирует?
Да никак. Венсан любит Монику и верен ей. Они берегут своиотношения: ведь это единственное, что принадлежит только им. Как только удается, вдвоем улетают в Бразилию или Полинезию, подальше от чужих глаз. И с их стороны было большой смелостью показать свою личную жизнь на экране, и они очень перед этой сценой волновались. Но поскольку они люди умные, не какие-то там особые интеллектуалы, а просто по-человечески умны, все получилось правильно. А вот сцена изнасилования Монику не волновала. Она подготовила ее и реализовала – почти без моей помощи. А потом была очень спокойная , хотя и напряженная.
Многие считают, что ваш фильм переполнен насилием…
Я бы не характеризовал мой фильм как черный – скорее как красный. Ведь и фильмы Пазолини не умертвляют, а оживляют, заставляют встряхнуться. Но разве вы будет спорить с тем, что человек – зверь? Прочтите историю Франции, по сравнению с ней мой фильм – игрушка. А какой в мире самый большой бестселлер? Библия. Мел Гибсон сейчас заканчивает «Страсть» -- экранизацию Евангелия, так интернет забит изображениями Христа, которого пытают и из которого хлещет кровь. Это будет скандал почище того, что был со Скорсезе. Картина снимается на латыни и арамейском, выйдет без субтитров, а Марию Магдалину сыграет…кто бы вы думали? Моника Беллуччи.
| |
