АЛЕКСЕЙ ПОПОГРЕБСКИЙ
| Явление природы Сегодня в кинотеатре «Ролан» начинается мини-фестиваль «Весенняя эйфория». На его открытии состоится московская премьера фильма «Как я провел этим летом» -- фаворита последнего Берлинале, выходящего на этой неделе в российский прокат. Энтузиазм по поводу картины Алексея Попогребского разделяет АНДРЕЙ ПЛАХОВ. Теперь уже могу признаться, что ни «Коктебель», ни «Простые вещи» не могли до конца убедить меня в том, что Алексей Попогребский – значительное явление в нашем кино. В «Коктебеле» (его совместном режиссерском дебюте с Борисом Хлебниковым) все было хорошо – но именно это «хорошо» немного напоминало о школьных оценках, гораздо больше, чем имитирующее сочинение двоечника название новой картины. «Простые вещи» три года назад победили на «Кинотавре»: они победили своей ясностью и легкостью, на другом полюсе которой невыносимо тяжелой гирей завис балабановский «Груз 200» -- фильм если не гениальный, то выдающийся своим безумием. Киносообщество перед этим выбором раскололось и возник парадокс: молодой режиссер с хорошей и полезной социальной картиной оказался как бы в стане консерваторов. Вероятно, Алексей Попогребский переживал эту коллизию – и, судя по всему, пережил. От аккуратного артхаусного стиля «Коктебеля», как и от выверенной, поздне-советской интеллигентности «Простых вещей» мало чего осталось. «Этим летом» -- кино, чей жанр можно определить как арктический триллер, а его драматургия восходит к апробированным американским образцам. На чукотской метеостанции в полярном экстриме сошлись два посланца с большой земли. Начальник станции Сергей – хоть и семейный, но по фактуре одинокий волк: он стоически, порой даже с надрывным фанатизмом выполняет миссию на краю света, всем своим обликом воплощает мужскую основательность и надежность. А вот юный стажер Павел – живой образ инфантила: халтурщик и пофигист, он неведомо как, словно шальная бабочка, залетел на лето в этот суровый край и спасается от скуки в мире компьютерных стрелялок. Схема таких фильмов, расписанных на два голоса, хорошо известна. Два контрастных мужских персонажа связаны отношениями наставника и подопечного, суррогатного отца и сына; в какой-то момент герои становятся врагами и антагонистами, а бывает, что учат друг дружку чему-то полезному: например, Павел может прояснить Сергею смысл непонятного значка «смайлик» в эсэмэсках от жены, которые зачитывают ему по радиосвязи. Но кино не превращается в second hand: на это работают и его сильные стороны, и его слабости. К слабостям относится та часть драматургии, которая призвана обозначить профессиональную деятельность героев: не всегда понятно (хотя и всегда занятно), что они там вымеряют на морозе и почему достается младшему от старшего за цифры, взятые «от фонаря». Не вполне прояснена и тема радиации, которой суждено сыграть существенную сюжетную роль во второй половине фильма. К слову сказать, вторая половина, когда психодрама характеров превращается в остросюжетное зрелище со стрельбой и риском для жизни, не всем кажется убедительной – я же выскажу на эту тему свое мнение. Меня совершенно не смущает поворот в отношениях героев, который происходит после того, как Павел получает с материка трагическое для Сергея известие и никак не решается сообщить о нем начальнику. Что становится причиной этого промедления и насколько оно психологически оправдано – не суть важно. Алексей Попогребский сам психолог по первому образованию, и я верю его экспертизе, что 90 процентов так называемых психологических мотивировок в кино фальшивы. Если бы действие происходило в городских условиях, мы бы еще могли мерить достоверность фильма собственным опытом «простых вещей». Но в том-то и дело, что главным героем, а по сути драматургом и режиссером полярной драмы становится сама овеянная ореолом легенд Чукотка, видевшая и высшие, и самые низменные проявления человеческого духа – от героических подвигов до людоедства. Это она, величественная бескомпромиссная природа, диктует человеческому поведению свои законы, проявляет в людях неведомые им самим свойства, заражает космическим безумием. Все в итоге сошлось правильно. Объездивший заповедные уголки планеты фанатик Вернер Херцог наградил в Берлине оператора Павла Костомарова, чьи пейзажи Чукотки, снятые цифровой камерой RED, можно уже сегодня причислить к кинематографическим достижениям нового века, а также артистов Сергея Пускепалиса и Григория Добрыгина, отдавших этому фильму не только свой профессионализм, но часть своей человеческой природы. А все это вместе – заслуга режиссера Попогребского, сумевшего подняться над близкой ему эстетикой камерной драмы к стихии большого, не побоимся этого слова, эпического кино. |
« Назад