НУРИ БИЛГЕ ДЖЕЙЛАН
| Человекообезьянник В то время как киноманы ждут появления громких фильмов последнего Каннского фестиваля, на экраны выходят турецкие «Три обезьяны» -- фильм Нури Билге Джейлана, награжденного призом за режиссуру в Канне еще в прошлом году, а в нынешнем заседавшего в жюри. Медлительность и самой картины, и ее продвижения в прокат дала достаточно времени, чтобы судьбы обезьян как следует обдумал АНДРЕЙ ПЛАХОВ. Собственно, наших хвостатых предков как таковых в фильме не наблюдается, а название восходит к японской притче, где три обезьяны-конформистки провозглашают: ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу. Представители человеческой породы часто следуют этому принципу, а режиссер со строгостью судьи и скрупулезностью аптекаря взвешивает последствия, к которым может привести такая стратегия поведения. Речь идет о распаде семьи шофера после того как ее глава принимает на себя вину своего босса, сбившего на дороге человека, и садится за него в тюрьму. Даже если это благая ложь, а не только средство поддержать семейный бюджет (босс выплачивает солидную денежную компенсацию), она влечет за собой другие обманы и самообманы. Жена добровольного сидельца становится любовницей босса, а сын, страдая от бесчестья, проклинает обоих родителей и готов пролить кровь, чтобы наказать виновника всех несчастий. Хотя на самом деле наши несчастья, как известно, в нас самих. В пересказе эта история выглядит арабской или индийской мелодрамой, и действительно режиссер нагнетает страсти и не брезгует истеричными крупными планами чтобы увести нас на ложный след. Однако это ему все равно не удается, а то, что получается, лучше всего определить как арт-нуар, в котором господствуют такие вселенские категории, как Рок, Искушение и Возмездие. Нури Билге Джейлан – крупный авторитет авторского кино и, вероятно, сыграл не последнюю роль, когда жюри присуждало призы фильмам Михаэля Ханеке и Ларса фон Триера, тоже сделанным в этой высокопарной традиции. Но даже на их фоне Джейлан выглядит самым верным апостолом учения, богами которого стали Тарковский и Антониони. В своих прежних фильмах «Отчуждение» и «Времена года» уже проигрывались темы кризиса супружества и неуклюжих попыток мужчины пробиться к загадкам женской души, причем ситуация фатального дисконтакта была развернута с изощренным искусством и, что приятно, с некоторой инъекцией юмора. И вот Джейлан в третий раз участвует в каннском конкурсе и в третий раз срывает серьезный приз. В отличие от прежних его лент, героями которых были интеллектуалы, новая картина показывает жизнь самой простецкой семьи: оказывается, она точно так же подвержена деструкции, а шофер, его жена и взрослый сын способны испытывать такую же экзистенциальную тоску, как монстры творческой элиты. Чтобы окончательно не оторваться от жизни и проблем турецкого общества, Джейлан вводит актуальный политический мотив: босс никак не может позволить себе предстать перед судом, поскольку баллотируется в местные органы власти. Коррупция трактуется расширительно и тоже приобретает почти вселенский масштаб. Тут уж никак не до юмора, и единственное, что себе позволяет Джейлан – это прерывать кульминационные драматические сцены рингтоном мобильника со слащавой любовной песенкой. «Три обезьяны» производят странное впечатление. Это выдающийся образец киноживописи: каждый пейзажный кадр, обработанный на компьютере, просится в рамку и на стенку картинной галереи. Здесь прекрасно играют актеры – певец Явуз Бинголь и его партнерша Хатис Аслан, героиня которой очень органично превращается из верной жены, воспитанной в традициях исламской строгости, в мегеру и похотливую самку. Но, как ни обидно это звучит после каннского приза, самое хрупкое звено в фильме – именно режиссура, которую все-таки надо понимать как умение не только держать кадр, ритм и саспенс, но также, копаясь в глубинах человеческой натуры, избегать общих мест и ложной многозначительности. |
« Назад